С работы – в тюрьму. Уважительные причины прогула основных причин для увольнения сотрудника

02.06.2020

"…В сорок втором году в лагерь начали поступать целые партии детей. История их была коротка, ясна и страшна. Все они были осуждены на пять лет за нарушение закона военного времени: «О самовольном уходе с работы на предприятиях военной промышленности». Это были те самые «дорогие мои мальчишки» и девчонки 14-15 лет, которые заменили у станков отцов и братьев, ушедших на фронт.
Про этих, работавших по десять часов, стоя на ящиках — они не доставали до станка, — написано много трогательного и умиленного. И все написанное было правдой.
Не было только написано о том, что происходило, когда — в силу обстоятельств военного времени — предприятие куда-нибудь эвакуировалось. Конечно, вместе с «рабсилой». Хорошо еще, если на этом же заводе работала мать, сестра, кто-нибудь из родных… Ну, а если мать была ткачихой, а ее девочка точила снаряды?.. На новом месте было холодно, голодно, неустроенно и страшно. Многие дети и подростки не выдерживали этого и, поддавшись естественному инстинкту, сбегали к «маме». И тогда их арестовывали, сажали в тюрьму, судили, давали пять лет и отправляли в лагерь.
Пройдя через оглушающий конвейер ареста, обыска,
тюрьмы, следствия, суда, этапа — эти мальчики и девочки прибывали в наши места уже утратившими от голода, от ужаса с ними происшедшего всякую сопротивляемость. Они попали в ад, и в этом аду жались к тем, кто им казался более сильным. Этими сильными были, конечно, блатари и блатарки.
На «свеженьких» накидывалась вся лагерная кодла. Бандитки продавали девочек шоферам, нарядчикам, комендантам. За пайку, за банку консервов, а то и за самое ценное — глоток водки. А перед тем как продать девочку — ощупывали ее как куру: за девственниц можно было брать больше.
Мальчики становились «шестерками» у паханов, у наиболее сильных, более обеспеченных. Они были слугами, бессловесными рабами, холуями, шутами, наложниками, всем, кем угодно. Любой блатарь, приобретя за пайку такого мальчишку, мог его бить, морить голодом, отнимать все, что хочет, вымещать на нем все беды своей неудачливой жизни." Лев Разгон "Непридуманное".

Указу от 26 июня 1940 г. самовольный уход с работы карался тюремным заключением от 2 до 4 месяцев, то по Указу от 26 декабря 1942 г. такой уход с предприятия военного значения был объявлен трудовым дезертирством и карался тюремным заключением на срок от 5 до 8 лет.
Законом от 31 мая 1941 г., специально предусмотренным для подростков, за такие преступления стали сажать с 14 лет.
Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 декабря 1941 года, "... Рабочие и служащие считаются на период войны мобилизованными и закрепленными для постоянной работы на этих предприятиях..."

«А еще много завезли на Колыму женщин-прогульщиц. Тех, кто опоздал на работу на 15 минут и получил за это 15 лет лагерей по сталинскому указу.» Павел Галицкий, бывший заключенный ГУЛАГа

«Врёт как очевидец» - поговорка криминалистов

Б ыл в СССР знаменитый закон «о трех колосках» -о нем «знают» многие (вернее думают, что знают), а был и другой, не менее знаменитый закон - ЗАКОН О ПРОГУЛАХ. .

Его (закон «о прогулах») принято однозначно относить к репрессивным. Появился он согласно Указа Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день…», который запретил увольнения по собственному желанию, самостоятельный, без санкции руководства, переход с одного предприятия на другое, а также ввел судебную ответственность за прогулы.

Оснований для появления столь жесткого закона были существенные. В условиях нарастающей военной угрозы промышленность СССР переходила на мобилизационный режим работы. В 1940г. уже полным ходом шла Вторая Мировая, сильнейшая страна Европы - Франция была размазана в течении месяца, а в СССР в это время, к примеру, производилось ровно в ПЯТЬ РАЗ МЕНЬШЕ АВТОМОБИЛЕЙ, чем в Рейхе. Про качество - умолчим.

Момент, когда армию нужно было «забросать самолетами, танками, снарядами», возник в 1940 году. Но на этом пути советскую промышленность подстерегала новая беда: дефицит кадров .

После ликвидации безработицы и в связи с коллективизацией прекратился стихийный приток рабочей силы в город. Предприятия стали испытывать острый недостаток в кадрах. Так, в 1939 г. промышленность, строительство и транспорт недополучили более 1,5 млн. рабочих.

Поэтому и был принят Указ «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений» :

- «Перевести во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях работу с шестидневки на семидневную неделю, считая седьмой день недели — воскресенье — днем отдыха .»

- « Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений, а также самовольный переход с одного предприятия на другое или из одного учреждения в другое.

Уход с предприятия и учреждения или переход с одного предприятия на другое и из одного учреждения в другое может разрешить только директор предприятия или начальник учреждения.»

- « Установить, что директор предприятия и начальник учреждения имеет право и обязан дать разрешение на уход рабочего и служащего с предприятия или учреждения в следующих случаях:

а) когда рабочий.. комиссии не может выполнять прежнюю работу вследствие болезни …или когда пенсионер, которому назначена пенсия по старости, желает оставить работу;

б) когда рабочий… должен прекратить работу в связи с зачислением его в … учебное заведение.

Отпуска работницам и женщинам-служащим по беременности и родам сохраняются в соответствии с действующим законодательством.

« Установить, что рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от 2-х месяцев до 4-х месяцев.»

«Установить, что за прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно-трудовыми работами по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25 %.»

В связи с этим отменить обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.

Впрочем, в случае повторного прогула при не отбытом до конца наказании за предыдущий прогул и вправду можно было сесть в тюрьму. Согласно постановлению Верховного суда СССР от 23 июля 1940 года:

«.. когда осуждённый за прогул без уважительных причин к исправительно-трудовым работам по месту работы совершит во время отбывания этого наказания новый прогул без уважительных причин, такие действия осуждённого следует рассматривать как уклонение от отбывания назначенного по приговору суда наказания. В этом случае.. не отбытый срок исправительно-трудовых работ заменяется тюремным заключением на тот же срок».

Однако поскольку максимальный срок исправительно-трудовых работ по Указу от 26 июня 1940 года составлял шесть месяцев, срок тюремного заключения в подобном случае также не мог превышать шести месяцев.

Цитирование необходимо, так как пользуясь массовым незнанием фактического содержания указа, антисоветчики «дополнили» их жуткими подробностями, превратив в емкие элементы мифа о сталинских репрессиях. Кто сегодня не знает, что за опоздание на работу при Сталине сажали в ГУЛАГ?

Центр имени Сахарова в статье-описании экспозиции, посвященной сталинскому террору, сообщает:

Поводом для ареста могло стать что угодно: непролетарское происхождение, собранная на колхозном поле горсть колосков, родственные или дружеские отношения с уже арестованным, «нарушение паспортного режима», даже опоздание на работу ».

Разведчик-перебежчик Виктор Резун (Суворов) пишет: «26 июня 1940 года прогремел над страной указ «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений»… По указу от 26 июня за прогул сажали, а прогулом считалось опоздание на работу свыше 20 минут. Сломался трамвай, опоздание на работу, опоздавших — в лагеря: там опаздывать не дадут» .

В тексте указа, однако, четко прописаны применяемые к нарушителям закона меры:

1. За попытку «увольнения», то есть систематического невыхода на работу длительное время («самовольный уход с предприятия») — тюремное заключение сроком от 2-х месяцев до 4-х месяцев.

2. За прогул — исправительно-трудовые работы по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25 %.

Там же б ыло сказано, что директор предприятия обязан разрешить «уход рабочего..с предприятия» в следующих случаях: по инвалидности, по старости, по поступлению в вуз и по беременности. Не опоздать же он разрешает и уж наверняка не на день отпускает работника по беременности или старости. Он дает разрешение на увольнение или отпуск (в случае беременности).

Но воз и ныне там, общество «Мемориал» во вводной статье к разделу своего сайта «Жертвы политического террора в СССР» сообщает:

«…были еще миллионы людей, осужденных за разные незначительные «уголовные» преступления и дисциплинарные проступки. … Судили… за опоздание, прогул или самовольную отлучку с работы; за нарушение дисциплины и самовольный уход учащихся из фабричных и железнодорожных училищ… только с 1941 по 1956 г. осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов — за «прогулы » !»

Здесь, кроме прочего, неизвестно, откуда возникает число 11 миллионов осужденных за прогулы (и опоздания с отлучками). ,Так как с началом Великой Отечественной был издан указ о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных, не совершивших тяжких преступлений, с передачей в РККА лиц призывного возраста. В их число попали и осужденные по статье «о прогулах». Всего было освобождено 420 000 человек, в т.ч. и «прогульшики»

В заключение хочу сказать, что многие считают, что исправительно-трудовые работы - это "с вагонеткой в руках Беломорканал строить" или на худой конец "улицы мести" , а не быть оштрафованным на часть зарплаты. И что интересно, обычно те же люди возмущены тем что "при Брежневе трудовая дисциплина была низкой, что пролетариат бездельничал на работе и пил алкоголь, а то и вообще прогуливал, и что хорошо что капитализм таких лентяев приструнил". Так что я не всегда понимаю что они хотят от Союза, взаимопротиворечащие требования часто.

9 сентября 1940 г. нарсуд г. Киева приговорил к 5 месяцам исправительно-трудовых с удержанием 25% из зарплаты вице-президента Академии Наук УССР академика Чернышова за то, что он не явился на лекцию в Университет 5 сентября 1940 г. При проверке оказалось, что Чернышов был в отпуску и отпуск ему разрешен Академией Наук. Ректор университета и зам. наркома просвещения УССР Кирк, передавая материал в суд, не проверил причин неявки академика Чернышова в университет, также не проверил этого и нарсуд. Дело на Чернышова прекращено.

Нарсуд г. Ярцева Смоленской области за самовольный уход с работы осудил ткачиху фабрики имени Молотова Изаренкову Ю. В. к 2 месяцам тюремного заключения. Установлено, что Изаренкова живет в 5 километрах от фабрики в деревне Ульхово, где нет детских яслей и детплощадок. Изаренкова имеет 3-х детей в возрасте от 1 месяца до 5 лет. Она не в состоянии носить детей в фабричные ясли. Изаренкова ходатайствовала о предоставлении ей квартиры, но в городе квартиры ей не дали. После родов Изаренкова подала заявление об освобождении ее от работы, в чем ей было отказано. Дело Изаренковой прекращено судебной коллегией облсуда".

26 сентября 1940 г. Нарсуд 7-го уч. Красногвардейского района Днепропетровской области заочно приговорил 27 августа с. г. работницу завода Д.З.М.О. Шрамову за невозвращение на работу после отпуска. Впоследствии выяснилось, что Шрамова своевременно вернулась из отпуска, но была переведена в другой цех, где и работала. Дело Шрамовой прекращено, лица, виновные в неосновательном предании ее суду, привлечены к ответственности .

P / S / В 26 штатах США подростка могут посадить в тюрьму за прогул школы и бегство из дома...

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

УКАЗ

О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений.

Согласно представлению Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов — Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

1. Увеличить продолжительность рабочего дня рабочих и служащих во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях:

с семи до восьми часов — на предприятиях с семичасовым рабочим днем;

с шести до семи часов — на работах с шестичасовым рабочим днем, за исключением профессий с вредными условиями труда, по спискам, утверждаемым СНК СССР;

с шести до восьми часов — для служащих учреждений;

с шести до восьми часов — для лиц, достигших 16-ти лет.

2. Перевести во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях работу с шестидневки на семидневную неделю, считая седьмой день недели — воскресенье — днем отдыха.

4. Установить, что директор предприятия и начальник учреждения имеет право и обязан дать разрешение на уход рабочего и служащего с предприятия или из учреждения в следующих случаях:

а) когда рабочий, работница или служащий согласно заключению врачебно — трудовой экспертной комиссии не может выполнять прежнюю работу вследствие болезни или инвалидности, а администрация не может предоставить ему другую подходящую работу в том же предприятии или учреждении, или когда пенсионер, которому назначена пенсия по старости, желает оставить работу;

б) когда рабочий, работница или служащий должен прекратить работу в связи с зачислением его в высшее или среднее специальное учебное заведение.

Отпуска работницам и женщинам — служащим по беременности и родам сохраняются в соответствии с действующим законодательством.

5. Установить, что рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от 2-х месяцев до 4-х месяцев.

Установить, что за прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно — трудовыми работами по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.

В связи с этим отменить обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.

Предложить народным судам все дела, указанные в настоящей статье, рассматривать не более чем в 5-дневный срок и приговоры по этим делам приводить в исполнение немедленно.

Установить также, что директора предприятий и начальники учреждений, принявшие на работу укрывающихся от закона лиц, самовольно ушедших с предприятий и из учреждений, подвергаются судебной ответственности.

Председатель Президиума
Верховного Совета СССР
М. КАЛИНИН

Секретарь Президиума
Верховного Совета СССР
А. ГОРКИН

Долгое время работаю над книгой, посвященной мифологизации сталинских репрессий.

Опубликую фрагменты одной из глав, посвященных знаменитому «Закону о прогулах»:

…Полное цитирование указов необходимо, так как спустя много лет, пользуясь массовым незнанием их фактического содержания, антисоветские идеологи «дополнили» их жуткими подробностями, превратив в емкие элементы мифа о сталинских репрессиях. Кто сегодня не знает, что за опоздание на работу при Сталине сажали в ГУЛАГ?

Между тем Указ президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день…», будучи крайне репрессивным, тем не менее вообще не карал за опоздания, и не ссылал прогульщиков в ни в лагеря, ни в ГУЛАГ.

Если закон «о трех колосках» принято однозначно относить к репрессивным, так называемый «закон о прогулах» упоминается в этой связи гораздо реже. Однако относить его к категории репрессивных есть куда большие основания. Указ президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день…» запретил увольнения по собственному желанию, самостоятельный, без санкции руководства, переход с одного предприятия на другое, а также ввел судебную ответственность прогулы.

Оснований для появления столь жесткого закона было несколько. В условиях нарастающей военной угрозы, промышленность СССР переходила на мобилизационный режим работы. С 1939 по июнь 1941 год доля военных расходов в советском бюджете увеличилась с 26 до 43 процентов. Рост выпуска военной продукции втрое опережал общий рост промышленного производства. Тем не менее, по оценке военных для полного переоснащения армии новыми танками требовалось два года, самолетами — 1,5 лет.

Неизбежность войны была очевидна, Советский Союз вел форсированную подготовку, создавались стратегические запасы продовольствия, жизненно необходимого сырья. Г.К.Жуков в «Воспоминаниях и размышлениях отмечает: «С 1940 по июнь 1941 года общая стоимость государственных материальных резервов увеличилась с 4 миллиардов до 7,6 миллиарда рублей.

Сюда входили резервы производственных мощностей, топлива, сырья, энергетики, черных и цветных металлов, продовольствия. Эти запасы, заложенные накануне войны, хотя и были довольно скромными, помогли народному хозяйству, несмотря на тяжелый 1941 год, быстро взять темп и размах, необходимые для успешного ведения войны».

Практически двукратное увеличение стратегических запасов в течение одного года не могло не сказаться на экономике. В ряде регионов страны с прилавков магазинов исчезло продовольствие, за элементарными товарами выстраивались огромные очереди, пропало мыло – и медицинские службы констатировали начало эпидемий педикулеза.

Столь резкая мобилизация экономики именно в 1940 году объясняется масштабами задач, которые стояли перед страной в первые две пятилетки. И.В.Сталин, подводя итоги первой пятилетки, отмечал:

«Осуществляя пятилетку и организуя победу в области промышленного строительства, партия проводила политику наиболее ускоренных темпов развития промышленности. Партия как бы подхлестывала страну, ускоряя ее бег вперед. […] Нельзя не подгонять страну, которая отстала на сто лет и которой угрожает из-за ее отсталости смертельная опасность. […]
Вот на какой основе выросли у нас в период первой пятилетки быстрый подъем нового строительства, пафос развернутого строительства, герои и ударники новостроек, практика бурных темпов развития.
Можно ли сказать, что во второй пятилетке придется проводить такую же точно политику наиболее ускоренных темпов?
Нет, нельзя этого сказать.
Во-первых, в результате успешного проведения пятилетки мы уже выполнили в основном ее главную задачу – подведение базы новой современной техники под промышленность, транспорт, сельское хозяйство. Стоит ли после этого подхлестывать и подгонять страну? Ясно, что нет в этом теперь необходимости.
[…] в результате успешного выполнения пятилетки нам удалось построить десятки и сотни новых больших заводов и комбинатов, имеющих новую сложную технику. Это значит, что в объеме промышленной продукции во второй пятилетке основную роль будут играть уже не старые заводы, техника которых уже освоена, как это имело место в период первой пятилетки, а новые заводы, техника которых еще не освоена и которую надо освоить. Но освоение новых предприятий и новой техники представляет гораздо больше трудностей, чем использование старых или обновленных заводов и фабрик, техника которых уже освоена. Оно требует больше времени для того, чтобы поднять квалификацию рабочих и инженерно-технического персонала и приобрести новые навыки для полного использования новой техники. Не ясно ли после всего этого, что если бы даже хотели, мы не могли бы осуществить в период второй пятилетки, особенно в первые два-три года второй пятилетки, политику наиболее ускоренных темпов развития.
Вот почему я думаю, что для второй пятилетки нам придется взять менее ускоренные темпы роста промышленной продукции».

Масштабные проекты форсированного развития первой пятилетки (1929-1932) сменились освоением производств и внедрением технологий второй пятилетки 1933-1937 гг. В целом осуществлялся комплексный план развития промышленности, логичным продолжением которой стал план третьей пятилетки 1938 – 1942 годов. Военная промышленность, даже будучи приоритетной, просто не могла развиваться без смежных секторов промышленности, начиная от сельскохозяйственной и заканчивая текстильной и химической. До 1940 года никто другие сферы хозяйства в жертву оборонке приносить не собирался. Г.К.Жуков в «Воспоминаниях и размышлениях» отмечает трудности оснащения РККА этого периода, связанные с общими планами развития промышленности:

«Например, объективными обстоятельствами лимитировались предложения наркома обороны о расширении массового производства новейших образцов самолетов, танков, артиллерийских тягачей, грузовых автомобилей, средств связи и прочей боевой техники.
Конечно, в промышленной, оборонной сфере было много недостатков, трудностей […] Порядок принятия нового образца вооружения в массовое производство был следующий.
Образцы проходили вначале заводские испытания, в которых принимали участие военные представители, затем войсковые, и только после этого Наркомат обороны давал свое заключение. Правительство при участии наркома обороны, наркомов военной промышленности и главных конструкторов рассматривало представленные новые образцы вооружения и военной техники и принимало окончательное решение по их производству.
На все это уходило порядочно времени. Бывало и так: пока шел процесс изготовления и испытания новой техники, у конструкторов был уже готов новый, более совершенный образец, и вполне закономерно, что в этом случае вопрос о принятии на вооружение откладывался до полного испытания новейшего образца.
Военных часто ругали за то, что они слишком настойчиво просили ускорить принятие того или иного образца на вооружение. Им говорили: “Что вы порете горячку? Когда надо будет - мы вас забросаем самолетами, танками, снарядами”».

Для Жукова, как для военного, такой порядок принятия нового образца вооружения в массовое производство выглядит, конечно, как недостаток. Но нужно отдавать себе отчет, что молодая советская промышленность ориентировалась не только на нужды армии, и каждый новый серийный образец вооружений требовал перераспределения сил, занимал производственную нишу другого товара, требовал паузы в работе предприятия для внедрения новой технологии. С этой точки зрения осторожное до определенного момента отношение к серийному производству новых образцов вооружений выглядит вполне оправдано. «Конечно, тогда мы, военные руководители, понимали, что в стране много первостепенных задач и все надо решать, исходя из большой политики», — добавляет в этой связи Жуков.

Момент, когда армию нужно было «забросать самолетами, танками, снарядами» возник в 1940 году. Но на этом пути советскую промышленность подстерегала новая беда: дефицит кадров. С.Г.Кара-Мурза в книге «История советского государства и права» пишет

«С октября 1930 г. в связи с ликвидацией безработицы прекращалась выплата пособий по безработице. […]
После ликвидации безработицы и в связи с коллективизацией прекратился стихийный приток рабочей силы в город. Предприятия стали испытывать острый недостаток в кадрах. Так, в 1937 г. промышленность, строительство и транспорт недополучили свыше 1,2 млн. рабочих, в 1938 г. — 1,3 млн. и в 1939 г. — более 1,5 млн. рабочих. 2 октября 1940 г. был принят Указ О государственных трудовых резервах — о плановой подготовке кадров в ремесленных и железнодорожных училищах и школах ФЗО. Государственные трудовые резервы находились в распоряжении Правительства СССР и не могли использоваться ведомствами без его разрешения».

Фактический переход промышленности на мобилизационные рельсы в предвоенный период, на который наложился острый дефицит кадров, явились в конечном счете причиной появления указа президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений»:

Указ Президиума Верховного Совета СССР «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и из учреждений»

Согласно представлению Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов — Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

1. Увеличить продолжительность рабочего дня рабочих и служащих во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях:
с семи до восьми часов на предприятиях с семичасовым рабочим днем;
с шести до семи часов — на работах с шестичасовым рабочим днем, за исключением профессий с вредными условиями труда, по спискам, утверждаемым СНК СССР;
с шести до восьми часов — для служащих учреждений;
с шести до восьми часов — для лиц, достигших 16 лет.

3. Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений, а также самовольный переход с одного предприятия на другое или из одного учреждения в другое.
Уход с предприятия и учреждения, или переход с одного предприятия на другое и из одного учреждения в другое может разрешить только директор предприятия или начальник учреждения.

4. Установить, что директор предприятия и начальник учреждения имеет право и обязан дать разрешение на уход рабочего и служащего с предприятия или учреждения в следующих случаях:

а) когда рабочий, работница или служащий согласно заключению врачебно-трудовой экспертной комиссии не может выполнять прежнюю работу вследствие болезни или инвалидности, а администрация не может предоставить ему другую подходящую работу в том же предприятии или учреждении, или когда пенсионер, которому назначена пенсия по старости, желает оставить работу;

б) когда рабочий, работница или служащий должен прекратить работу в связи с зачислением его в высшее или среднее специальное учебное заведение.
Отпуска работницам и женщинам-служащим по беременности и родам сохраняются в соответствии с действующим законодательством.

Установить, что за прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно-трудовыми работами по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.

В связи с этим отменить обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.

Предложить народным судам все дела, указанные в настоящей статье, рассматривать не более, чем в 5-дневный срок, и приговоры по этим делам приводить в исполнение немедленно.

6. Установить, что директора предприятий и начальники учреждений за уклонение от предания суду лиц, виновных в самовольном уходе с предприятия и из учреждения, и лиц, виновных в прогулах без уважительных причин, — привлекаются к судебной ответственности.
Установить также, что директора предприятий и начальники учреждений, принявшие на работу укрывающихся от закона лиц, самовольно ушедших с предприятий и из учреждений, подвергаются судебной ответственности.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.Калинин
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А.Горкин

Полное цитирование указов необходимо, так как спустя много лет, пользуясь массовым незнанием их фактического содержания, антисоветские идеологи «дополнили» их жуткими подробностями, превратив в емкие элементы мифа о сталинских репрессиях. Кто сегодня не знает, что за опоздание на работу при Сталине сажали в ГУЛАГ?

Центр имени Сахарова в статье-описании экспозиции, посвященной сталинскому террору, сообщает:

«Арест выхватывал человека из привычной жизни неожиданно, иногда оставляя родным на память о нем всего несколько вещиц, символов былого благополучия: столовую посуду, настенный коврик, спичечницу, охотничью мерку для пороха… И ощущение растерянности, непонимания — за что?
Поводом для ареста могло стать что угодно: непролетарское происхождение, собранная на колхозном поле горсть колосков, родственные или дружеские отношения с уже арестованным, «нарушение паспортного режима», даже опоздание на работу».

Разведчик-перебежчик Виктор Резун (Суворов) пишет: «26 июня 1940 года прогремел над страной указ «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений»… По указу от 26 июня за прогул сажали, а прогулом считалось опоздание на работу свыше 20 минут. Сломался трамвай, опоздание на работу, опоздавших - в лагеря: там опаздывать не дадут.

Автору приходилось слышать личные свидетельства, в которых «вспоминали», как в Сибирь в 40-х шли и шли эшелоны с людьми, которые просто опоздали на работу.

В тексте указа, однако, четко прописаны применяемые к нарушителям закона меры:

Опоздания, отлучки, попытки отпроситься и т.д., чем пестрит современная литература, вообще не имеют к этому указу никакого отношения и никак им не регламентируются. Путаница возникает из-за неверного прочтения третьего пункта — «Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений» — и нежелания вникать в суть документа.

Ниже, в четвертом пункте, сказано, что директор предприятия обязан разрешить «уход рабочего и служащего с предприятия» в следующих случаях: по инвалидности, по старости, по поступлению в ВУЗ и по беременности. Не опоздать же он разрешает, и уж наверное не на день отпускает работника по беременности или старости. Он дает разрешение на увольнение или отпуск (в случае беременности).

Но воз и ныне там, общество Мемориал во вводной статье к разделу своего сайта «Жертвы политического террора в СССР» сообщает:

«…были еще миллионы людей, осужденных за разные незначительные «уголовные» преступления и дисциплинарные проступки. Их традиционно не считают жертвами политических репрессий, хотя многие репрессивные кампании, которые проводились силами милиции, имели явно политическую подоплеку. Судили … за опоздание, прогул или самовольную отлучку с работы; за нарушение дисциплины и самовольный уход учащихся из фабричных и железнодорожных училищ; за «дезертирство» с военных предприятий… Наказания при этом, как правило, были не слишком тяжелыми — очень часто осужденные даже не лишались свободы. Трудно подсчитать число людей, которых настигли эти «мягкие» наказания: только с 1941 по 1956 г. осуждено не менее 36,2 миллиона человек, из них 11 миллионов - за «прогулы»!»

Здесь, кроме прочего, неизвестно откуда возникает число 11 миллионов осужденных за прогулы (и опоздания с отлучками), причем, вплоть до 1956 года. Хотя в годы Великой Отечественной войны действовали законы военного времени (и за прогул можно было пойти под расстрел), а в послевоенный период указ от 26 июня 1940 года практически не применялся. Он не был отменен, но не был он отменен и в 1956 году, формально действуя и далее.

Число осужденных в соответствии с этим указом и без того достаточно велико, не понятно, для чего и сегодня продолжается это бессмысленное закошмаривание читателей. В.Земсков в статье «ГУЛАГ (историко-социологический аспект)» пишет:

«…пересыльные тюрьмы в это время были переполнены осужденными по Указам от 26 июня («о прогулах» — авт.) и 10 августа 1940 г. («об ответственности за выпуск недоброкачественной и некомплектной продукции» — авт.). По Указу от 26 июня 1940 г. к лишению свободы сроком от двух до четырех месяцев приговаривалась меньшая часть нарушителей, но все равно таковых было сотни тысяч».

С началом Великой Отечественной войны президиумом Верховного Совета СССР был издан указ о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных, не совершивших тяжких преступлений, с передачей в РККА лиц призывного возраста. В их число попали и осужденные по статье «о прогулах». Всего было освобождено 420 000 человек.

http://users.livejournal.com/_lord_/1159557.html

В заключение хочу сказать, что многие считают, что исправительно-трудовые работы — это «с вагонеткой в руках Беломорканал строить» или на худой конец «улицы мести» , а не быть оштрафованным на часть зарплаты. И что интересно, обычно те же люди возмущены тем что «при Брежневе трудовая дисциплина была низкой, что пролетариат бездельничал на работе и пил алкоголь, а то и вообще прогуливал, и что хорошо что капитализм таких лентяев приструнил». Так что я не всегда понимаю что они хотят от Союза, взаимопротиворечащие требования часто.

P / S / В 26 штатах США подростка могут посадить в тюрьму за прогул школы и бегство из дома…

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

ОБ ОТМЕНЕ СУДЕБНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ РАБОЧИХ И СЛУЖАЩИХ

ЗА САМОВОЛЬНЫЙ УХОД С ПРЕДПРИЯТИЙ И ИЗ УЧРЕЖДЕНИЙ

И ЗА ПРОГУЛ БЕЗ УВАЖИТЕЛЬНОЙ ПРИЧИНЫ

В результате роста сознательности трудящихся, повышения их материального благосостояния и культурного уровня укрепилась дисциплина на предприятиях и в учреждениях. В этих условиях существующая судебная ответственность рабочих и служащих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за неоднократный или длительный прогул без уважительной причины не вызывается необходимостью и может быть заменена мерами дисциплинарного и общественного воздействия.

Президиум Верховного Совета СССР постановляет:

1. Отменить судебную ответственность рабочих и служащих за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за неоднократный или длительный прогул без уважительной причины.

2. Освободить от отбывания наказания лиц, осужденных за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за прогул без уважительной причины.

3. Прекратить производством все дела о самовольном уходе с предприятий и из учреждений и о прогулах, не рассмотренные судами до издания настоящего Указа.

4. Снять судимость с граждан, ранее осужденных и отбывших наказание за самовольный уход с предприятий и из учреждений и за прогул, а также освобожденных от наказания на основании настоящего Указа.

5. Рабочие и служащие при увольнении по собственному желанию обязаны предупреждать об этом администрацию предприятия или учреждения за две недели.

6. Рабочие и служащие, уволенные с работы по собственному желанию, теряют стаж непрерывной работы и получают право на обеспечение пособием по временной нетрудоспособности после того, как проработают не менее шести месяцев на новом месте работы.

Это правило не применяется:

а) к рабочим и служащим, которые увольняются в связи с болезнью, инвалидностью или переходом на пенсию по старости;

б) к лицам, прекратившим работу в связи с зачислением в высшее или среднее специальное учебное заведение либо в аспирантуру;

в) к увольняющимся в связи с переводом мужа или жены на работу в другую местность;

г) к беременным женщинам и матерям, имеющим детей в возрасте до 1 года, в связи с переходом их на работу по месту жительства;

д) к лицам, уволенным по другим уважительным причинам, предусмотренным постановлениями Совета Министров СССР.

7. За прогул без уважительной причины, совершенный рабочим или служащим, директор предприятия или начальник учреждения применяет одну из следующих мер:

а) дисциплинарное взыскание согласно правилам внутреннего трудового распорядка, а на предприятиях и в учреждениях, где действуют специальные уставы о дисциплине, согласно этим уставам;

б) лишение права на получение процентной надбавки за выслугу лет на срок до трех месяцев или снижение единовременного вознаграждения за выслугу лет в размере до 25%;

в) увольнение с работы с указанием в трудовой книжке о том, что работник уволен за прогул без уважительной причины. Уволенный теряет стаж непрерывной работы и получает право на обеспечение пособием по временной нетрудоспособности после того, как проработает не менее шести месяцев на новом месте работы.

Вместо применения указанных мер директор предприятия или начальник учреждения по своему усмотрению может передать материал о прогуле без уважительной причины на рассмотрение товарищеского суда.

а) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. "О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений", за исключением ст. ст. 1 и 2 Указа;

б) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 17 июля 1940 г. "О запрещении самовольного ухода с работы трактористов и комбайнеров, работающих в машинно-тракторных станциях";

в) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 19 октября 1940 г. "О порядке обязательного перевода инженеров, техников, мастеров, служащих и квалифицированных рабочих с одних предприятий и учреждений в другие";

г) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1951 г. "О замене судебной ответственности рабочих и служащих за прогул, кроме случаев неоднократного и длительного прогула, мерами дисциплинарного и общественного воздействия";

д) Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 ноября 1952 г. "О внесении изменений и дополнений в Указы Президиума Верховного Совета СССР от 17 июля 1940 г. "О запрещении самовольного ухода с работы трактористов и комбайнеров, работающих в машинно-тракторных станциях" и от 19 октября 1940 г. "О порядке обязательного перевода инженеров, техников, мастеров, служащих и квалифицированных рабочих с одних предприятий и учреждений в другие".

Председатель Президиума

Верховного Совета СССР

К.ВОРОШИЛОВ

Секретарь Президиума

Верховного Совета СССР